Сегодня утром я проснулся и обнаружил, что стою под душем и бормочу:
"Северсталь... Мордашов... 51% акций..."

Чтобы ликвидировать очереди на подъёмник и столпотворение на трассах, оказалось достаточно поджечь горнолыжное кафе. Все посетители комплекса забыли о катании и расселись на почерневшем снегу наблюдать, как горит любимое заведение и как бармены выносят из огня холодильник и музыкальный центр. Единственный недостаток такого способа: ближайшую трассу засыпает пеплом и обугленными ошмётками кровли. Кататься по этому снегу стрёмно и противно. Никогда так не делайте.

Вечером я вошёл в подвал, где обрабатывали лыжи, и вокруг сразу же собралась возбуждённая толпа. Представьте себе картину: чёрная поверхность абсолютно новой лыжи взрезана по всей длине, так что вывороченный пластик торчит гребнем. На этой поверхности белым пятном маячит ценник со штрихкодом, который я забыл отодрать перед выходом на склон. Царапина рассекает ценник как раз в том месте, где стояла цифра в рублях.




( продолжение убиения лыж, другой способ борьбы с очередями и могила неизвестного горнолыжника, снятая на его же мобилу )

В эти минуты, друзья мои, я в обнимку с лыжами околеваю на обочине дороги Магнитогорск - Белорецк. Надо было теплее одеваться, черт меня теперь возьми.

(здесь я хотел повесить инфракрасный снимок голых пьяных содомитов, но потом решил пожалеть читателей)

- Это Гривно! - орал пьяный бугай по кличке Бобёр, срывая с себя трусы и запивая это дело водкой.
- Это содом... - бормотал я, глядя, как его товарищ Толя натягивает носок на то место, где приличные люди обычно носят трусы. Бобёр тем временем тупо смотрел куда-то в точку. В одних носках и с волосатым брюхом он был похож на урода.
- Это пиздец! - не выдержала интеллигентная именинница (как вы могли догадаться, всё происходило когда-то довольно давно на некоем дне рождения) и пошла усмирять суровых гривненских мужиков, для чего попыталась отобрать у них водку...

- Пустая ты, нет в тебе искры Божьей! - орал из колонок Пётр Налич. Несколько человек, подпевая дурными пьяными голосами, носились по комнате в безумной пляске святого Витта. - И зачем я тебя полюбил, и зачем предпочёл тебя спорту... - в висевшем на стене зеркале отражались голые и бухие Бобёр и Толя, стоявшие посреди коридора и по очереди поднимавшие друг друга в воздух. - Катится, катится жизнь по наклонному борту! - Один из танцующих схватил со стола внушительный, дюймов 10 или 11, ножъ, лезвие которого очень нехорошо блестело в синих и красных лучах дискотечных ламп. Он запрыгнул на кресло, неистово метнулся через всю комнату и с размаха всадил нож по рукоятку в пакет из-под текилы.

Не в силах больше видеть этот адъ, я вышел в коридор и только вздохнул свободно, как дорогу мне преградил Толя. Он зачем-то кинул зигу и почему-то застыл в этом положении. Я медленно перевёл взгляд с дебильной улыбки на небритую подмышку, потом посмотрел в глаза, вызывавщие почему-то мысли о бутирате, поднырнул под вскинутую правую руку и сунулся в соседнюю комнату. Там играла песня Gay Bar и, похоже, назревал акт содомии между Бобром и ещё каким-то суровым гривненским мужиком, одетым пока ещё в спортивный костюм. На диван я вернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как именинница веско изрекла:
- Леди не блюют, леди снуютъ.
И замолчала, обдумывая сказанное.

Под утро меня разбудил женский визг. Упорно лезший к девушке в кровать персонаж оправдывался тем, что у него сдулся матрас и спать теперь негде. Послушав минут 10, я обречённо выдохнул:
- Это Гривно...

Случайно проходя в районе проведения несанкционированного шествия, споткнулся и упал. К сотрудникам правоохранительных органов претензий не имею.
4 ноября, _________ (подпись)

Хожу теперь с тросточкой.

Ждите большого поста с фотографиями. И репортажа в газете, но это позже.

Если засунуть огромную подушку в мешок для мусора и мощным пылесосом откачать воздух, то из огромной подушки получится маленький, твёрдый и очень тяжёлый брикет.

Маме забава понравилась. Кажется, через пару дней вся наша одежда превратится в такие брикеты.

Потолок вдруг смачно захрустел. Казалось, в квартиру кто-то ломится, используя при этом ломы и дурную пионерскую силу. Я встал под тем местом, откуда раздавался хруст, и услышал характерное для электроинструментов гудение.

На самом деле никто никуда не ломился. Просто за окном началась гроза с локальным ураганом. Отчего воздуховоды в потолке затрещали по швам, а дохлый вентилятор в них завертелся со скоростью циркулярной пилы.

Вчера я собирался пойти в зоопарк, потому что до 18 лет туда пускают бесплатно. Но мне сказали, что по студенческому тоже бесплатно, поэтому затея потеряла свой смысл и была отложена до окончания университета.

Я делаю несколько шагов по бревну и прыгаю на кочку. Бревно с гнилым звуком уходит под воду и больше не поднимается. Кочка качается, урчит и погружается в болото вместе с моими ногами по колено. У меня нет компаса, солнца не видно, мох в этом проклятом месте растёт со всех сторон, а из звуков слышен только шум дождя и изредка зловещее бульканье под шаткой почвой. Никто не знает, куда я пошёл. Случись что - и когда-нибудь меня найдут грибники. Если до этого не съедят лисы и кто тут ещё водится. Но сейчас меня больше всего занимает тот факт, что я записан в парикмахерскую на 18:30, и неплохо бы туда успеть.

Через несколько часов я сижу в студии и смотрю в точку под объективом. Полтора часа смотреть в точку - это едва ли не тяжелее, чем бежать 5 километров по шпалам железной дороги.
Ведущий:
- Добрый вечер, с вами канал "Культура"... БЛЯТЬ! ... нет, так не пойдёт, давайте ещё раз.
- ...сегодня наша тема - как найти свой идеал, МАТЬ ЕВО! ещё раз...

Участница:
- Мой идеальный мужчина должен быть сильным, потому что я слабая, и добрым...
Я:
- Потому что ты злая?

Электричка, первый час ночи. Я сижу, протянув ноги в проход, держу над головой раскрытый зонт и громко подпеваю пёсням в плеере. В соседних вагонах полно людей, но я еду в полном одиночестве. Объявляют мою станцию. Я складываю зонт, убираю его в чехол и выхожу на улицу, под дождь.

Einunddreissig, dreiunddreissig, sechsunddreissig, einundsechszig, zweiundsechszig, sechsundsechszig, dreiundsiebzig, fuenfundsiebzig, achtundsiebzig, vierundneunzig, zweiundneunzig, sechsundachtzig, dreiundachtzig, vierundvierzig, vierundfuenfzig, neunundzwanzig, zweiundneunzig, achtunddreissig, siebenundsechszig, neunundachtzig, achtundneunzig, achtundfuenfzig, fuenfundneunzig.

Произнести вслух за 28 секунд.

Вот такие чУдные плакаты висят по всему журфаку. На стенде первого курса, соответственно, с обращением к первокурсницам, а на главной лестнице - вообще к девчонкам.

А день практики... Ну да, был день практики. Помолчали в честь Холодова и Политковской, послушали речи про журналистику и бла-бла-бла, кого-то предложили прямо на месте принять в партию Союз Журналистов, а мне досталась флэшка, плеер и несколько килограммов макулитературы.

Ехал сегодня в электричке, читал Шиллера и никого не трогал. В вагон заходят двое нетипичных электричечных певцов.
Первый одет в кожаную куртку и кэпку-восьмиклинку, из-под которой торчит недешёвая беспроводная гарнитура. В руках ёмкость для денег.
На втором костюм Adidas (да, с тремя полосками) и электробаян, выполняющий функции усилителя, колонок и подставки под микрофон. К микрофону присобачен MP3-плеер, то есть ребята поют под фанеру и не стесняются.
Что по идее должны петь двое таких чётких пацанов? Владимирский централ какой-нибудь? Или "Мурку" отгламуренную? Чёрта с два! Песню про трёх белых коней.
В выходной день, когда в окна видно что-нибудь кроме отражения унылых лиц в вагоне, эта песня пошла бы на ура. А если бы на певцах были не Адидас и кэпка-восьмиклинка, а что-нибудь поприличнее, было бы вообще круто.

Сегодня вдруг случайно выяснилось, что работы по травоведению всегда были не 24, а 2-4 страницы. Кажется, Зинаида Тимофеевна то ли очки не надела, когда читала, то ли ещё что-то перепутала. А потом сама поверила.
Если это так, желаю ей как следует помучиться с десятикратным объёмом работ для проверки.

На обложке диска страшный мужик с кривыми зубами пытается улыбаться, но получается оскал маньяка. Первый шансон начался тремя аккордами и хриплым голосом:

- Ты не смогла-а меня понять,
И теперь страдают лю-юди...

Да, этот певец работает проктологом. Нет, серьёзно.

В это время в багажнике собака скулит и иногда жуёт свежесобранные розы, лежащие на заднем сидении.
Рядом с розами стоит сетчатая сумка с кошкой. Кошку пронесло и вырвало, и вот она сидит во всём этом и орёт противным голосом. А мы все сидим в её аромате и тупо ржём, потому что дальше песня проктолога становится ещё ужаснее.

А в голове у меня 25 страниц правоведческого бреда. 14 кегль, полуторный интервал, огромные поля, большие бесполезные схемы-графики и вперёд!

Возвращаюсь с тренировки убитый и довольный и вижу потухшие окна. Целый микрорайон мёртвых домов на фоне сверкающего города - это неприятно, особенно когда один из них - твой. В тёмном подъезде милиционер окинул мою американскую форму непонятным взглядом, спросил про бомжей в трансформаторе, ничего вразумительного от меня не услышал и продолжил разговаривать с консьержкой. А я потопал на свой 8 этаж.

А дело было так. Некое тело залезло в трансформаторную будку и сгорело там заживо. Тушили, естественно, водой. Всё нахрен закоротило, и весь микрорайон остался без света. Вместе с микрорайоном без электричества осталась и местная ТЭЦ или как её там. Из кранов полилась оранжевая жижа, а батареи стали медленно остывать.

Газа в доме нет в принципе, поэтому ужин есть только холодный. Заряда блока питания от компьютера хватило на кипячение четырёх чашек воды, после чего я на всякий случай достал бундесверовскую походную плитку.

Передвигаюсь по дому с фонарём, пишу этот пост с КПК, заряжающегося от автономного источника питания для мобильной техники. Вставать под оранжевый душ совсем не хочется.

P.S. Начальник красногорского МЧС живёт каК раз в нашем подъезде.

- Заткнись, овца! Я не с тобой разговариваю! - доносилось из глубины рентгеновского кабинета. - Я сейчас главврачу позвоню...
Через несколько секунд двухметровый накачанный бугай хлопнул тяжёлой дверью и продолжил скандал в коридоре. Из рации охранника тем временем доносилось что-то про тело, валяющееся на земле в 30-40 метров от КПП...
...Мимо проехала ещё одна каталка с тяжёлым больным, который вполне бодрым голосом попросил выключить его мобильный телефон.
- Какого... они без очереди?! - вопил бугай, топая ногами. - Им всё равно подыхать, а я на работу опаздываю!

Я решил не ходить на премьеру "Суперперцев". Да, я знаю, я му**к, потому что лишил кого-то возможности сходить на этот показ. Но этим перцам от создателей "40-летнего девственника" я предпочёл фаршированные перцы от моей бабушки.

Но тут судьба решила наказать меня за эгоизм. От Баррикадной до Октябрьского поля поезд ехал около часа. Изнутри вагон напоминал парилку, машинист призывал к спокойствию, а на всех станциях о громкой связи предлагали воспользоваться наземным транспортом. В итоге поезд таки дополз, но больше мне на Таганско-Краснопресненскую не хочется.

Приехал домой, а там правительство в отставку ушло.

Владимир Чуров (вы-то хоть знаете, кто это такой?) определённо жжот.
Первый закон Чурова: "Путин всегда прав, потому что он всегда соблюдает закон".
Второй закон Чурова: "Мы сотрудничаем со всеми, кто сотрудничает с нами, а кто с нами не сотрудничает, с теми мы всё равно сотрудничаем".
О 3 миллионах человек, занятых в подготовке парламентских выборов: "У меня армия больше, чем у министра Сердюкова".

Кстати, о сердюковском министерстве. Шёл сегодня мимо и увидел прямо у ограды Министерства обороны вот такое:



Отдал им последние наличные деньги в количестве трёх рублей.

Вот Людмила Алексеева в честь своего 80-летия устраивает в гостинице "Космос" "толковище на тему  "что же будет с родиной и с нами?"". Лично у меня гостиница "Космос" ассоциируется в первую очередь с шабашем сил зла из "Дневного дозора", ну да ладно. Сегодня кто-то задал вопрос: а что такое "толковище". 

kolesni4enko отыскал значение "воровской самосуд", остальные вообще ничего не нашли.

Отдельное спасибо и величайший респект kotoeb'у и всем остальным участникам селигерского десанта. Правда, я бы на их месте высадился перед рассветом, хоть это и не comme il faut.